Инфантильный, изможденный, нагруженный изо всех сил проблемами и не справляющийся с жизнью родитель воспринимает своего маленького ребёнка взрослее, чем тот есть. Хочет, чтобы малыш понимал больше, чем может, чтобы делал больше, чем может.

Досрочно повзрослевшие
Почему?

Чтобы родителю поддержку составить.

Одиноко родителю, сложно. А тут ещё этот малый молоко налить в стакан нормально не может. «Ведь взрослый уже!».

Ребенок без детства

Вот это «ты уже взрослый, ты должен» — звучит для ребенка в любом возрасте (одного-двух, пяти, десяти и так далее) просто так, в отрыве от контекста.

Этим выгодно манипулировать. Тебе уже два (три, пять), а ты до сих пор не можешь кровать застелить (младшего брата накормить, маму не расстраивать, папу не злить)? Нехорошо. «А я вот в твоём возрасте…» — и там, например, история с ужасами и насилием в той или иной степени.

Ребёнок пугается и стыдится, начинает изо всех сил сочувствовать своему родителю, боится его немилости и изо всех сил учится застилать кровать, наливать молоко, не разливая, в стакан, кормить брата, не расстраивать маму и не злить папу.

Он становится очень эмпатичным… из-за сильного страха возможного отвержения.

Ведь немилость родителя для ребенка на определенном этапе — это, по сути, психологическая смерть, очень сильный стресс.

И если мама с папой спорят, ребенок пытается их помирить. Очень страшно. Надо выжить и всему научиться.

А если папа на маму вдруг нападает, бьет, надо защитить её — жалко, ужасно!

А если мама жалуется, что денег нет — нужно поменьше есть и не просить игрушки. Ведь ей так тяжело.

И начинает ребёночек о взрослой жизни и ее проблемах узнавать очень рано, с младых ногтей. 

И жизнь его будущая будет специфическая и непростая. Ведь детства-то не было.

И такой взрослый, с непрожитым детством, не имеющий опыта беззаботности и опоры на довольных маму и папу, всю жизнь бессознательно будет стремиться в детство свое вернуться, наконец. И побыть в нем, хоть секундочку…

И при видимой своей независимости, при возможности и заработать, и быть социально реализованным, в близких отношениях такой человек стремится «отправиться» в те свои детские годы, которые он не допрожил, в которых он так и не получил важного расслабления и поддержки. Согласно возрасту.

И это было бы важно для того, чтобы у личности сформировалась внутренняя поддерживающая родительская фигура. А ее нет. Есть только та, что заставляет, пугает.

И тогда получается такой парадокс. Вроде бы и взрослый человек с виду, ответственный, много знает и понимает, а в отношениях становится совсем уж маленьким, двух или трехлеткой, а может и младше.

Он капризничает, требует заботы, причём может это «покупать» и «заслуживать» — так как он для себя это увидел и понял. «Я же тебе и то, и это сделал, а ты…».

«Но разве за «то и это» я тебе теперь должен все, что ты захочешь и в любое время?» — спрашивает партнер.

Но «рано повзрослевший» этого не поймёт. Он считает, что прав.

Он перенимает поведение своих родителей, которые не замечали потребности и возможности ребенка. Те также категорично считали, к примеру, что совсем маленький ребёнок должен был уметь застелить кровать. Без возражений.

Рано повзрослевший мечтает купить себе детство. Любыми способами и за любую валюту. И детство абсолютное.

Эмоциональная нагрузка

Есть родители, которые хотят, чтобы их дети умели физически что-то делать раньше, чем те могут по возрасту.

А есть такие, кто бессознательно нагружает маленького ребёнка лишней эмоциональной нагрузкой.

Во многих случаях, конечно, присутствует и то, и то.

Но иногда родитель понимает, что ребёнок ещё мал, чтобы физически что-то делать, но совсем не понимает, что мал для выдерживания взрослых переживаний и ситуаций.

Например, супруги разводятся, и ребёнок становится свидетелем сильных эмоций своих мамы и папы. Ребёнок вынужден как-то это контейнировать и выдерживать.

И так как каждый ребёнок бессознательно решает нагрузку брать на себя, снимая её с родителя, то малыш терпит и старается помочь. Хотя сам ведь прибывает в ужасе и сильном стрессе от того, что что-то большее, чем он, что-то, от чего он сам сильно зависит — рушится.

И маленькому человеку нужно как бы спасать большой и горящий дом. Как? Формируется психологическая защита — всемогущий контроль и отрицание бессилия.

Терапия клиента «без детства»

Если ребёнку транслировали послание (это может быть не только в вербальной, но и совсем в невербальной форме сделано), что он должен и обязан справиться с тем, что ему не под силу, он будет думать и чувствовать, что так и нужно. И будет стараться.

Ему будет страшно и ужасно, он будет чувствовать себя неуверенным и беспомощным, но постепенно эти переживания вытеснит и их «как бы не будет».

Когда такой, уже взрослый физически человек, приходит на психотерапию, то уже на первой консультации рядом с ним, эмпатически, можно почувствовать его высокий уровень тревоги, о которой ему ничего не известно.

Такой человек иногда очень страстно и быстро захочет «все решить» и будет как бы заставлять терапевта быть с ним «на одной волне», то есть, «бежать впереди паровоза со скоростью света».

И если ему сказать, что от этого чувствуется большая усталость, клиент может сразу и не понять. Как? Он ведь ждет от психолога того же самого, чего всегда требует от себя. Невозможного.

Таким клиентам часто сложно прийти в терапию, так как они считают, что все могут сами. И просто защищаются от разных чувств и собственного бессилия.

И то, что их мотивирует прийти, это или какие-то психосоматические симптомы, или же конкретные неуспехи в жизни. Там, где они сталкиваются с ограничениями и не могут их преодолеть.

Психотерапевт тогда в их понимании — ещё более всемогущий человек. И если они замечают, что терапевт не такой, они разочаровываются. «Опять я все сам, все один. Никого нет сильнее меня…». Это — именно то детское переживание рядом с «несправляющимся» родителем.

И терапия такого клиента будет состоять в том, чтобы, конечно, погрузиться в тот возраст, где он не «добыл» свое беззаботное состояние, и «недочувствовал» доверие родительской фигуре, к маме и папе, которые в состоянии позаботится и уберечь от лишнего.

Конечно, на это может уйти много времени, ведь сразу доверие не вернётся. Такой клиент будет много раз перепроверять, а точно ли, прежде чем снизить свой контроль, прежде чем больше принять бессилие и не разрушится при этом от катастрофического ужаса, который он испытывал тогда, когда был беспомощен. Сейчас в своём ужасе он будет уже не таким одиноким.

Елена Митина

Подписывайтесь на канал «Познай мир» в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

Поделись с друзьями

Комментарии

No comments yet

Subscribe